ВИКТОР ФОМЕНКО: Владимир Михайлович! Как это может быть? С одной стороны — демократическое государство, а с другой — какая-то феодальщина?
ВЛАДИМИР СОБОЛЕВ: Мы строим свободное государство на обломках социалистических монополий. Примеров сколько угодно. И монополизм на ЖД-транспорте, и в области мобильной связи — там, где вроде бы есть конкуренция, и в тех же универсамах. Казалось бы — выбирай сколько угодно, но все равно ты постоянно сталкиваешься с ограничениями своей свободы. Как правило, ты можешь купить не то, что тебе нужно в данный момент, а то, что тебе предлагают и даже навязывают или обманом всучивают… Десятки лет поезд «Харьков—Симферополь» отправлялся вечером, приезжал в Крым утром, и это было очень удобно. Сейчас этот поезд непонятно по какой причине переведен в разряд дневных, и теперь мы будем выезжать в 12 дня и приезжать в Симферополь в полдесятого вечера. Наше время почему-то занято проходящим поездом «Москва—Симферополь». В позапрошлом году такой эксперимент тоже ставили, в прошлом отменили, а в этом году все повторилось. Получается, полуторамиллионный город остался без нормального летнего поезда. Есть ли здесь политическая подоплека или вопрос все-таки экономический? Не знаю. Но то, что шаг абсолютно неправильный — однозначно. Представьте, люди приобрели путевку, приезжают вечером и день пропадает. Об этом почему-то никто не подумал. Монополист никогда не думает о нашем благе, хотя в принципе работает для нас.

В.Ф.: А как с этим на Западе?
В.С.: Государство понимает, что обеспечивается за счет налогоплательщиков, и я думаю, что там бы никто на такой шаг с изменением расписания не пошел. Либо люди подняли бы больший шум, и эта норма была бы отменена. Либо тот, кто это сделал, был бы сразу уволен.

В.Ф.: А какие у нас есть возможности? Управление транспорта облгосадминистрации?
В.С.: Они имеют отношение к ЮЖД, хотя дорога напрямую им не подчинена. Областная гос­администрация, в принципе, должна заботиться о социальном климате на территории. Можно обращаться в Минтранс. Можно в облсовет, руководители которого постоянно говорят, что заботятся о людях. Можно потеребить руководителей фракций парламента, которые тоже постоянно клянутся нам в верности.

В.Ф.: И к кому из них вы обратились?
В.С.: Я обратился ко всем лидерам фракций парламента, включая и оппозицию, по Интернету. Собираюсь обратиться к руководству облсовета и облгосадминистрации персонально. Просто ради эксперимента посмотреть, кто из 10 наших ведущих деятелей как среагируют. Посмотрим, как они относятся к избирателям в предверии парламентских и президентских выборов. Способны ли лидеры решать конкретные земные вопросы?

В.Ф.: А в массовую акцию это можно превратить?
В.С.: Как учил Ленин? Освобождение рабочих — дело рук самих рабочих. Особенность украинской ментальности — выжидательная позиция: сидим в кустах и ждем чем закончится. Если получится — и я заработаю, а если нет, то и ладно.

В.Ф.: Интернет, письменные обращения, телефонные звонки. Всё?
В.С.: Управление по защите прав потребителей, Антимонопольный комитет… Чиновники, которые давно повернулись к нам не лицом, а другим местом, должны ощущать хоть какую-то обратную связь. Люди недовольны и возмущены, но не все понимают, что делать.

В.Ф.: А чем вы недовольны в сфере мобильной связи?
В.С.: Ну это вообще песня! Добиться вразумительных бесплатных сведений о том, какие услуги за наши деньги нам оказывают, невозможно. Это обставлено всяческими препятствиями. Скажем, существуют пакеты, где предусмотрена плата за несуществующую услугу — так называемую плату за соединение. Все направлено на то, чтобы воспользоваться твоими деньгами по максимуму, а на себя взять поменьше ответственности. В декабре появился суперпункт: не оператор должен меня информировать, а я обязан интересоваться состоянием своего счета. И звонить время от времени, уточняя, не должен ли я им что-то. Если же у меня по какой-то причине образуется задолженность, то они не обязаны мне об этом сообщать и могут просто отключить.

ВОПРОС ПО ТЕЛЕФОНУ: Защитить свои интересы каждый отдельно взятый гражданин в принципе может. Но это не решает проблемы создания конкурентной среды. Как сделать так, чтобы монополий не было совсем?
В.С.: Если бы я знал, что выиграю спор с ЮЖД, то я бы, конечно, пошел в суд. Но с вероятностью 90% могу прогнозировать, что в суде проиграю. Доказать нанесение мне ущерба будет очень сложно… В отношении конкурентной среды все правильно. Но железная дорога в отличии от множества искусственных монополий, которых можно преодолеть, это естественный монополист. За границей тоже не строят параллельно несколько железных дорог. Конкурентная среда в Украине там, где она может быть создана, худо-бедно создается: то же вхождение в ВТО наших «умников» чуть-чуть прижмет. Но когда мы говорим о монополизме естественном, то надо ставить вопрос об этике и культуре бизнеса. Здесь, конечно, царит средневековая психология джунглей, право сильного и все наборы дикого капитализма. К тому же все это переплетается с нашей ментальностью, несклонностью к отстаиванию своих прав.

В.Ф.: А что вы предлагаете? Пикет на привокзальной площади перед Управлением железной дороги?
В.С.: Это не совсем отвечает нашей ментальности. Но высказать свое отношение стоит. Нас не надо считать молчащим быдлом. Хорошо, что мы открываемся. Нас принуждают доказывать, что мы — европейская страна. Но если ты хам, то другим уже не будешь, а значит должен уйти. Пусть придет тот, кто понимает, что зависит от потребителя, от пассажира, клиента…

В.Ф.: Продавца…
В.С.: И продавца. Супермаркетов много — толку мало. Совковые традиции, связанные с тем, что тебя могут обсчитать, подсунуть залежалый товар, несмотря на совершенно иную вывеску — это тоже проявление монополизма. Когда ты возвращаешься с работы вечером, ясно, что на базар не пойдешь. И надо смириться с тем, как тебя принимают в этих сетях. У нас есть только внешняя канва — система супермаркетов, и мы как будто в Европе. Но по существу практически мало что изменилось. Неквалифицированный персонал, ленивые нерасторопные продавцы, какие-то тупые и ленивые операторы в банках.

В.Ф.: И как ускорить процесс европеизации?
В.С.: От нас мало что зависит. Законодательство худо-бедно меняется. Но самое медленное и мучительное — это психология людей. Привычка к нехорошей атмосфере, согласие с тем, что тебе могут нахамить, постоянные сомнения, что первичен не ты, а поставщик и продавец. Пока, к сожалению, у нас правит бал поставщик-производитель.

В.Ф.: Ну и когда вы последний раз пользовались жалобной книгой?
В.С.: Недавно зашел в отделение банка. Как раз платил за мобильный телефон. Висит табличка: касса принимает оплату за телефоны, выдает наличный кредит и принимает прочие платежи физлиц в пользу юрлиц. Когда я спросил у девушки, принимает ли она плату за свет, девушка ответила отрицательно. «Тогда уберите табличку». «Я посоветуюсь с руководством». «А руководство есть?» «Есть». «Можно?» «Нет». «А жалобная книга есть?» «Нет». На этом разговор закончился. Тратить время, чтобы придя домой звонить начальству, мне уже не хотелось. Но это просто бред. Вывеска, форма есть. А суть не то что не советская, а вообще какая-то невразумительная. Жалобная книга — это уже реликт, и если бы я что-то туда и записал, то ничего бы не изменилось. Достаточно было за этот отказ девушку уволить. Это бы было жестоко, но справедливо.

ВОПРОС ПО ТЕЛЕФОНУ: Люди не то чтобы не хотят отстаивать свои права, они их просто не знают. Скажем, сколько раз видела, как в супермаркетах люди дают себя обыскивать охранникам, хотя это незаконно. Нам надо активно интересоваться своими правами.
В.С.: Увы, люди не готовы почувствовать себя свободными гражданами. Мы ругаем американцев за их наглость и самоуверенность. Любой американец, находясь за границей и заходя в свое посольство, открывает туда дверь ногой. «Я пришел, я гражданин, я вас нанял, чиновники, вы существуете на мои налоги. Поэтому я хозяин жизни». А у нас? Тысячелетняя история государства, когда личность постоянно подавлялась. У нас уже на генном уровне существует эта рабская психология. В вашем вопросе есть и ответ. Пока человек не захочет чувствовать себя свободным, он будет рабом. Ему не помогут ни суд, ни прокуратура, ни начальство — никто.

В.Ф.: А почему вы не говорите об общественных организациях, которые и призваны привить нам стандарты демократии?
В.С.: Миссионерство давало какие-то результаты в случае с Африкой. Но племена в основном так и не цивилизовались. То, что Запад нам помогает, — это, конечно, хорошо. Вопрос в критической массе. Помогают, но пока, видимо, все-таки мало.

МНЕНИЕ ПО ТЕЛЕФОНУ: Я не согласен по поводу монополизма в мобильной связи. Конкуренции здесь выше крыши. Именно из-за этого операторы и придумывают хитрые тарифы, в которые нужно вчитываться, смотреть внимательно, что написано внизу маленькими звездочками. А самый больной вопрос — это монополия на жилищно-коммунальные услуги. И с ней бороться на сегодняшний день нереально.
В.С.: Не согласен ни по первой, ни по второй позиции. Если внизу есть маленькие звездочки, это говорит о подвохах, а не о конкуренции, о мошенничестве и монополизме. А с ЖКХ‑монополистами можно успешно бороться, поверьте. Если ты готов платить за неоказанные услуги, то будешь платить. А если не хочешь, то заставить тебя это сделать очень тяжело. У меня есть и собственный опыт и опыт коллег. Многие иски коммунальщиков оканчиваются ничем как только ответчик, то есть мы с вами, потребители, начинаем становиться на позицию закона. «Покажите договор, покажите тарифы, покажите, как вы соблюдаете правила!» И я вас уверяю — буквально на следующее заседание истец не явится. Активные продвинутые граждане успешно отстаивают свои права. ЖКХ — это страшный пример монополизма, но это та сфера, тот монополист, с которым можно успешно бороться. Я по судам хожу не так уж редко и вижу, что прослойка людей, которые могут и отвод судье заявить, и потребовать предоставление документации, постоянно растет. Раньше это казалось неслыханной дерзостью, посягательством на устои. Теперь это становится нормой.

                                                                                                                                  Эфир радио «Новая волна» от 17 июня 2008 г.